Россия.

[Elvira]

Начало борьбы за Кремль. Почему власть так боится новых выступлений оппозиции?

Трудно вспомнить, когда подготовка власти к митингу оппозиции в Москве носила такой размах. Десятки следственных действий в отношении оппозиционеров, административные аресты самых опасных «врагов государства», множественные угрозы через СМИ и блогеров (в надежде снизить численность протеста). Чтобы организовать все это, требуется напряженная (кроме шуток) работа множества людей: не только оперативников и следователей, но и администраторов, пиарщиков, журналистов и т. п. И это в пору отпусков, когда рабочих рук и так не хватает.

Можно предположить, что сейчас та часть системы, которая отвечает за политическое подавление, находится почти на пределе мощности. Что странно, ибо битва идет не за Кремль, а «всего лишь» за несколько мест в Мосгордуме.

Но, видимо, в Кремле рассматривают это как начало большой борьбы за власть, которая развернется в стране в 2020–2024 гг. От того, как будет сыграно это начало, во многом зависит и исход всей борьбы.

Тревогу власти можно понять: многое указывает, что страна беременна если не революцией, то большим и серьезным протестом. Рейтинги власти на многолетних минимумах, реальные доходы населения не растут годами, запрос на социальную справедливость и равноправие все выше, люди устали от санкций и не видят перспектив, поражения кремлевских кандидатов на выборах случаются все чаще, регионы зарядились энергией протеста (Шиес, Екатеринбург, Ингушетия), численность протестных акций растет — кто-то обязательно складывает все эти предпосылки вместе и делает вывод, что режим находится перед самой масштабной угрозой за все время своего существования.

И многим людям во власти тревожно, ведь оппозиция требует не только политических свобод, но и смены режима, люстрации, посадок, конфискаций, уголовных дел, а по сути и большого передела имущества, перераспределения богатств, нажитых незаконным путем. В случае успеха оппозиции и смены власти условному Сечину от этого не сбежать — весь мир закрыт санкциями, даже в Венесуэле неспокойно, не осталось уголка в мире, где можно спокойно провести старость. Конечно, эта крепость готовится к серьезной обороне.

Правда, сам режим уже выглядит довольно дряхлым, так что работоспособность механизмов его защиты вызывает вопросы. И на переднем крае держать оборону приходится не Сечину и Ротенбергам, а простым полицейским и росгвардейцам, которые тоже читают новости в интернете, видят коррупцию среди своего начальства и думают, чем выплачивать кредит. Их поведение во многом будет зависеть от того, сколько людей они увидят перед собой на митинге. Одно дело — разгонять тысячу-другую недовольных (и проплаченных Госдепом, как говорит начальство) оппозиционеров. Другое дело — оказаться перед лицом десятков тысяч разгневанных горожан.

Вспоминается растерянная реплика, прозвучавшая в дни протестов в Екатеринбурге от полицейских: «Их там тысячи… Что мы будем с ними делать?».

Александр Миридонов/Коммерсантъ

После пенсионной реформы и обещаний до этого не поднимать пенсионный возраст, люди чувствуют себя обманутыми.